«Мёртвые души» с копытами: как ветеринары торгуют эпизоотической безопасностью

Тысячи голов непроверенного скота, одна «чистая» пробирка крови на целое стадо, передача денег в престижном авто на центральной площади и расплата в 13,5 миллиона рублей. История предпринимателя Б. — наглядный пример того, как алчность превращает государственную систему ветеринарной защиты в фикцию и инструмент личного обогащения участников этой цепочки.

Алтайский скот всегда ценился высоко: чистый горный воздух, разнотравье, экологический бренд. Но за красивой открыткой животноводческого рая нередко скрывается жестокая изнанка теневого агробизнеса. В погоне за быстрой прибылью некоторые предприниматели забывают не только о законе, но и об элементарной безопасности тысяч потребителей. В этом им потакают и падкие до «тринадцатой зарплаты» чиновники и ветврачи. Недавний приговор Горно-Алтайского городского суда приоткрыл завесу над тем, как на самом деле устроен подпольный транзит живого груза через границы и регионы.

Справка решает всё

По закону отправить партию коров или лошадей за пределы региона, а тем более на экспорт — задача непростая и ответственная. Животные должны отстоять в карантине, пройти поголовный осмотр, вакцинацию, проверку на сибирскую язву, туберкулёз и бруцеллёз — болезни, опасные не только для скота, но и для человека. Карантин требует денег: оборудованных площадок, кормов, дезинфекционных барьеров и времени. А время, как известно, — это тоже деньги.

Предприниматель Б. нашёл способ «оптимизировать» скучные санитарные формальности. Зачем строить карантинные базы и месяц кормить сотни бычков, если вопрос можно решить одним звонком знакомому ветеринарному врачу?

Так родилась коррупционная логистика. За ветеринарное сопровождение каждой партии скота клиенты платили Б. от 8 до 13 тысяч рублей за голову. Сам Б. «карманным» ветеринарам – от 400 до 500 рублей за голову. Маржа оседала в карманах организатора, а на дорогу выезжали фуры со «скотом в мешке».

Цифровой «Меркурий» и пробирка Шрёдингера

Государство потратило миллиарды рублей на внедрение Федеральной государственной информационной системы «Меркурий», призванной обеспечить прозрачность пути любой продукции от фермы до прилавка. Но, как выясняется, цифровая система не способна противостоять человеческому сговору на этапе ручного ввода данных.

Следствие и суд вскрыли детали того, как государственные ветврачи из районных станций по борьбе с болезнями животных (СББЖ) штамповали свидетельства строгой отчетности формы № 1.

Так, чтобы не возиться с забором крови у тысячи с лишним животных, ветврач просто брал лабораторный анализ одной здоровой коровы и виртуально «размножал» его результаты на всю гигантскую партию в 1 241 голову.

Карантин соблюдался лишь на бумаге: стада животных не только не изолировались на предписанные три недели — ветеринары даже в глаза не видели скот, на который выписывали свидетельства с государственными гербами и степенями защиты класса «А».

Копили на машину, а оказались на скамье подсудимых

В Онгудайском районе между предпринимателем и ветеринарным врачом действовал четкий «поголовый прейскурант»: 500 рублей — за корову; 400 рублей — за лошадь (с ними бумажной волокиты меньше). Когда скопился долг за 400 голов крупного рогатого скота, женщина-ветврач позвонила «партнёру» и сказала: «Если с этими вместе считать, двести будет».

В разговорах фигурантов, которых к тому времени уже прослушивали силовики, сквозит абсолютное понимание незаконности происходящего, приправленное циничным юморочком. Обсуждая горячую предновогоднюю пору, когда скотовозы шли нескончаемым потоком, ветеринар откровенно усмехалась в телефон: «Все хотят на Новый год денег заработать, и все хотят перед Новым годом вывезти».

В итоге упомянутого выше разговора предприниматель велел своему сотруднику снять с карточки 200 тысяч рублей и передать их в городе «нужному человеку». Этим человеком оказался муж ветеринарного врача. Она проинструктировала супруга: «Подготовит и скажет, куда подъехать, это всё будет сегодня, будет 200 тысяч».

Позже мужчина жаловался жене, что прождал в условленном месте, на центральной площади Горно-Алтайска, целый час, пока не приехал чёрный Lexus RX 350. Он сел на переднее пассажирское сиденье, забрал свёрток купюр, перетянутый канцелярской резинкой, и увёз его домой. Полученные деньги легли в семейную копилку: пара мечтала купить новый легковой автомобиль.

Однако сейчас оба они находятся под следствием, деньги изъяты. В рамках процесса над предпринимателем супруги проходят свидетелями. Суд над парочкой состоится позже.

«Мне сегодня кредит платить»

Если в Онгудае работали по факту за каждую голову, то на станции по борьбе с болезнями животных в Усть-Кане предприниматель и ветврач договорились на «абонентскую плату» — 75 тысяч рублей в месяц. Именно этот ветврач штамповал фальшивки на ту самую партию в 1 241 голову.

Вот некоторые сообщения ветеринара, озвученные следствием на суде: «Нету в хариоте» (подпись к фотографии монитора с базами учёта), «Мне завтра кредит платить», «Привет! У меня за декабрь осталось 45к, можешь дать?», «Не забудь про меня, мне сегодня кредит платить».

Предприниматель переводил транши со счетов знакомых и через терминалы в магазинах «Аникс» и «FixPrice»: 45 тысяч, 30 тысяч, снова 45 тысяч… Когда районная лаборатория внезапно затребовала реальные акты забора крови, испуганный ветврач первым делом поинтересовался: «Дашь ли мне сегодня зарплату?».

Наказание

Точку в схеме поставили оперативники: телефонные прослушки, финансовые транзакции через терминалы и переписки в мессенджерах не оставили фигурантам пространства для манёвра. В суде предприниматель полностью признал вину и отказался от дачи показаний.

Приговор оказался прагматичным. Суд не стал отправлять бизнесмена за решётку на долгие годы, а ударил по самому больному месту — по кошельку. Применив институт кратных штрафов (60-кратный за взятку в крупном размере и 30-кратный — за значительный), суд обязал коммерсанта выплатить государству 13,5 млн рублей.

При этом нужно учитывать, что такой штраф — это не долг в трактовке гражданского права, который можно выплачивать годами, банкротить или списывать. У осуждённого есть выбор: либо он выплачивает все тринадцать с половиной миллионов рублей сполна, либо штраф превратится в реальный тюремный срок в колонии строгого режима.

Рыба гниёт с головы?

К сожалению, дела вокруг фиктивных справок без реального осмотра скота и анализов для Республики Алтай уже давно стали рутиной. Только в этом году суды региона вынесли серию обвинительных приговоров как взяткодателям, так и самим ветеринарам. Так, 40-летний фермер из села Ябоган за взятку в 70 тысяч рублей получил три года условно. Наказания для ветработников были куда тяжелее: фельдшера Майминской райСББЖ за подлоги и взятку в 120 тысяч рублей отправили в колонию общего режима на 3 года, ветеринара из села Инегень приговорили к 5 годам колонии с конфискацией 795 тысяч рублей, а фельдшер Ябоганского поселения за систематические поборы получил 5,5 лет строгого режима с конфискацией двух автомобилей.

А в 2015 году к реальным срокам в колонии строгого режима и многомиллионным штрафам приговорили руководство республиканского комитета ветеринарии — экс-председателя Владимира Макасеева и его заместителя Сергея Шевердина. Как доказало следствие, высокопоставленные чиновники забирали себе две трети взяток, которые начальник подведомственной станции собирал с коммерсантов за беспрепятственную выдачу документов на вывоз скота в Казахстан.